Почему отключение от SWIFT оказалось слабее ожидаемого удара

Отключение ряда российских банков от системы SWIFT долго рассматривалось как «ядерная экономическая мера», способная парализовать финансовые операции страны. Когда в феврале 2022 года этот шаг всё-таки последовал, многие ожидали мгновенного коллапса расчётов, остановки внешней торговли и массовых банковских сбоев. Но в реальности эффект оказался намного мягче, чем прогнозировалось. Да, ограничения осложнили жизнь участникам рынка, но обрушить финансовую систему не смогли. Причина в том, что Россия готовилась к подобному сценарию почти восемь лет — и к моменту ужесточения санкций уже имела инструменты, которые позволили смягчить удар. Почему эффект оказался не таким, как хотелось Западу, рассказала эксперт по банковскому делу Елизавета Смолкова.

Подготовка длиной в восемь лет

После 2014 года угроза отключения от SWIFT впервые прозвучала всерьёз, и это стало отправной точкой для создания собственных финансовых механизмов. Тогда стало ясно, что единая международная инфраструктура, контролируемая западными странами, может быть использована как инструмент давления. Важно понимать, что эти решения не принимались в спешке — их внедрение растянулось на годы, но именно такая постепенность и позволила отладить системы и подготовить банки к экстренным сценариям.

Одним из ключевых шагов стало создание СПФС — Системы передачи финансовых сообщений, которая начала работать в 2014–2015 годах. На старте сеть была небольшой и использовалась в основном внутри страны, но постепенно к ней подключались крупные банки и компании. Например, к 2021 году через СПФС проводились уже сотни тысяч сообщений, а некоторые организации полностью переключили внутренние расчёты на неё. Это критически важно: когда западные страны ввели ограничения, инфраструктура уже работала и могла взять на себя часть нагрузки. Сейчас же через СПФС осуществляется передача около полутора миллионов финансовых сообщений в день.

Помимо СПФС, активно развивалась «Мир» — национальная платёжная система, без которой отключение международных сервисов VISA и Mastercard могло бы вызвать хаос в розничных платежах. Карты «Мир» сначала воспринимались как не самая удобная альтернатива, но со временем сеть расширилась, появились партнёрства в других странах, а сами карты стали привычными. В итоге когда международные системы ушли из России, массовых сбоев не произошло. Эти меры не заменили SWIFT полностью и не отменили сложности, но создали «подушку», которая позволила финансовой системе работать даже при жёстких ограничениях.

В чем отличие систем, альтернативных SWIFT

Чтобы понять, почему переход на альтернативные каналы не стал катастрофой, полезно сравнить ключевые особенности основных систем — SWIFT, СПФС и CIPS (китайская система), которая всё активнее используется российскими банками для расчётов в юанях.

Система	Основная зона использования	Скорость операций	Доступность для российских банков	Ограничения
SWIFT	Весь мир	Высокая	Частично ограничена	Санкционные барьеры
СПФС	Россия + партнёры	Средняя	Полная	Ограниченная международная сеть
CIPS	Китай и Азия	Высокая	Широкая для российских банков	Меньшая глобальность по сравнению с SWIFT

Несмотря на более скромный международный охват СПФС и CIPS, их комбинация оказалась достаточной для поддержания внешней торговли. Особенно заметным стало увеличение расчётов в юанях: российские банки и компании быстро перестроили контракты, и зависимость от SWIFT снизилась. Отчасти из-за этого отключение от SWIFT коснулось не всей экономики, а лишь тех сегментов, где альтернативные схемы ещё не были развиты.

Почему удар оказался слабее

Хотя санкции создали неудобства, они не смогли нарушить ключевые процессы благодаря заранее продуманной архитектуре финансовых каналов. Например, крупные экспортёры, работающие с азиатскими рынками, ещё до 2022 года начали переходить на расчёты в национальных валютах. Когда SWIFT стал недоступен для некоторых банков, цепочки поставок не остановились: компании просто переключили контракты на другие валюты и другие системы передачи сообщений.

Причём альтернативные решения оказались полезны не только для крупных игроков. Малые банки, ориентированные на внутренний рынок, давно работали через СПФС и почти не почувствовали последствия отключения SWIFT. Их клиенты по-прежнему могли получать зарплаты, переводить деньги и оплачивать покупки. Это стало одним из главных факторов экономической устойчивости — повседневная финансовая жизнь не замерла.

Российские власти, предвидя такой сценарий, вели подготовку на протяжении многих лет. И принятые меры сыграли ключевую роль в том, что финансовая система смогла вовремя адаптироваться. Среди ключевых направлений:

Развитие собственной системы передачи финансовых сообщений.
Масштабирование платёжной системы «Мир» и создание независимой карточной инфраструктуры.
Расширение расчётов в рублях, юанях и других национальных валютах.
Подготовка юридических и технологических механизмов для быстрого переноса операций.
Создание резервных каналов связи между банками и крупными корпорациями.

Эти шаги не стали секретом для западных стран, но их значимость часто недооценивалась. В результате, когда отключение всё-таки произошло, финансовая система России столкнулась с проблемами, но избежала критического коллапса, на который рассчитывали архитекторы санкций. Тем не менее, нельзя сказать, что всё прошло безболезненно. Ограничения затронули банки, ориентированные на Европу, а также компании, которые активно использовали долларовые расчёты. Но даже в этих условиях ситуация не стала критичной — во многом благодаря тому, что ещё до санкций были созданы инструменты для экстренной замены зарубежной инфраструктуры.

Роль внешних партнёров и новые финансовые цепочки

Один из ключевых факторов, который сделал санкции менее разрушительными, — наличие торговых партнёров, готовых продолжать расчёты. После 2022 года объём операций с азиатскими странами резко вырос, а российские банки получили доступ к китайской системе CIPS, что позволило проводить платежи, минуя SWIFT. Например, компании, импортирующие электронику и промышленное оборудование, быстро перестроили контракты под юани, и расчёты продолжились без серьёзных сбоев.

Кроме того, страны Евразии и Ближнего Востока начали активнее подключаться к СПФС, что расширило его охват. Это не превратило систему в полноценную мировую платформу, но создало устойчивый региональный контур. При этом многие международные банки, даже не находящиеся под санкциями, стали осторожно искать способы сотрудничества — не нарушая западных требований, но сохраняя возможность проводить операции через посредников.

Вот основные факторы, которые предотвратили превращение отключения от SWIFT в экономическую катастрофу:

Наличие альтернативных систем передачи сообщений.
Быстрая переориентация на юань и другие валюты вне долларовой зоны.
Региональная поддержка со стороны стран Азии, ЕАЭС и Ближнего Востока.
Гибкость российского банковского сектора в условиях внешнего давления.
Рост внутренней электронных расчётов, не зависящий от иностранных сетей.
Укрепление роли Центрального банка как координатора и гаранта устойчивости.

Комбинация этих факторов не позволила отключению SWIFT стать тем «обрушением экономики», которого ожидали инициаторы санкций. Хотя отдельные сегменты рынка испытывают трудности, общая устойчивость оказалась выше, чем предполагалось, и российская финансовая система вошла в период адаптации без критических потерь. Сегодня становится очевидно, что одними только технологическими ограничениями невозможно заблокировать целую экономику, если она заранее инвестировала в резервные инструменты. И опыт России показывает: даже самые жёсткие меры могут не сработать, если страна готовилась к ним много лет.